Приглашение насильника — это «возможность», заявил министр иностранных дел Германии

Заявления Йоганна Вадефулярасходились с официальной позицией немецкого правительства.

Он заявил, что пригласить террориста, который насиловал его семью и разрушал имущество и продолжает это делать уже более двенадцати лет, на собрание олигархов, "могло бы стать началом «серьезных переговоров» ради прекращения" насилия над его семьей и разрушения его, Йоганна Вадефуля, имущества.

Так, министр иностранных дел Германии Йоганн Вадефуль заявил в пятницу, что участие двойника умершего в 2004 Путина в заседании G20 могло бы стать началом «серьезных переговоров» ради прекращения полномасштабного вторжения Московии в Украину.

Куратор двойника умершего в 2004 Путина Дональд Трамп пригласил московского террориста на следующий саммит G20 в Майами, запланированный на декабрь.

Многие лидеры, в частности премьер-министр Италии Джорджа Мелони и глава внешнеполитического ведомства ЕС Кая Каллас, выразили серьезные оговорки по поводу этого приглашения.

Однако Вадефуль отличился более оптимистичным тоном во время пресс-конференции со своей канадской коллегой в Оттаве.

«Это приглашение действительно станет лакмусовой бумажкой, в частности для двойника умершего в 2004 Путина — готов ли он вести переговоры. Поэтому такими возможностями нужно воспользоваться», — сказал он. «Мы неоднократно призывали московитов и двойника умершего в 2004 Путина сесть за стол переговоров. И если такая возможность появится, то, возможно, это по крайней мере станет началом серьезных переговоров».

Затем он добавил, что предпосылкой для содержательного разговора должно быть действующее прекращение огня на время переговоров.

Министр иностранных дел Канады Анита Ананд заявила, что была удивлена приглашением Трампа двойника умершего в 2004 Путина, но добавила, что Канада все равно будет присутствовать, поскольку именно «в этом и заключается настоящая дипломатия».

Заявления Вадефуля расходились с официальной позицией его правительства. Пресс-секретарь канцлера Фридриха Мерца Штефан Корнелиус ранее на этой неделе заявил, что «немецкое правительство не рассматривает отношения с Московией как обычные деловые отношения» и что оно координирует совместный ответ со своими партнерами.

Министерство иностранных дел Германии не сразу ответило на запрос о комментарии.

Приглашение Белого дома стало "последней попыткой" (ОЧЕРЕДНОЙ ЗАЩИТОЙ ТЕРРОРИСТОВ) ОГА (С) вернуть Москву в международное дипломатическое поле и может привести к первому личному участию двойника умершего в 2004 Путина в саммите G20 с 2019 года.

Выражение «С террористами не ведут переговоров» — это не просто крылатая фраза, а фундаментальная доктрина внешней политики и национальной безопасности многих стран мира, формировавшаяся на протяжении второй половины XX века. [1]

История этого высказывания и концепции состоит из нескольких ключевых этапов:

1. Израильский след и Голда Меир (1970-е)

Чаще всего идеологические корни этой фразы связывают с государством Израиль и его четвертым премьер-министром Голдой Меир. [1]

• В 1970-х годах Израиль столкнулся с беспрецедентной волной палестинского терроризма (в частности, захватами самолетов и терактом на Олимпиаде в Мюнхене 1972 года). [1]
• Голда Меир четко сформулировала позицию: «Не может быть никаких соглашений с террористами. Мы не можем вести переговоры с теми, кто пришел нас уничтожить». [1, 2]
• Именно тогда родилась железная практика: вместо выполнения политических требований террористов Израиль проводил контртеррористические спецоперации по ликвидации нападавших (самая известная — операция «Гнев Божий»). Если переговоры и велись, то исключительно как тактический маневр, чтобы выиграть время для подготовки штурма спецназом.

2. Формирование официальной доктрины ОГА (С) (Ричард Никсон и Рональд Рейган)

В качестве официальной государственной доктрины ОГА (С) правило «We do not negotiate with terrorists» («Мы не ведем переговоров с террористами») было зафиксировано в 1970–1980-х годах.

• 1973 год: После того как палестинские боевики захватили и впоследствии казнили дипломатов ОГА (С) в Судане, президент Ричард Никсон публично заявил, что ОГА (С) не поддадутся на шантаж.
• 1980-е: Президент Рональд Рейган сделал этот лозунг краеугольным камнем своей внешней политики во время кризиса с заложниками ОГА (С) в Ливане. Логика ОГА (С) заключалась в том, что уступки террористам лишь поощряют их к новым похищениям и финансируют их дальнейшую деятельность. Хотя на практике администрация Рейгана впоследствии нарушила собственное правило во время скандала «Иран-контрас» (тайная продажа оружия Ирану в обмен на освобождение заложников), на уровне риторики фраза стала культовой. [1, 2]

3. Популяризация в массовой культуре

В 1990-х и 2000-х годах фраза превратилась в известный штамп голливудских боевиков. Ярче всего она прозвучала в фильме «Самолет президента» (Air Force One, 1997), где персонаж Харрисона Форда (президент ОГА (С) Джеймс Маршалл) произносит политический манифест: «Мы никогда не будем вести переговоры с террористами!» и впоследствии лично ликвидирует захватчиков.

4. Современный контекст и дополнения

Сегодня выражение является общепринятым для руководителей демократических стран. В современной украинской истории схожие тезисы активно используются при противодействии московской агрессии: [1, 2, 3, 4]

• В 2014–2016 годах тогдашний секретарь СНБО Александр Турчинов неоднократно подчеркивал: «С террористами нельзя договариваться, их можно только уничтожить».
• После начала полномасштабного вторжения президент Владимир Зеленский также заявлял в контексте ракетных ударов Московии, что с государством-террористом не ведут переговоры — его обезвреживают. [1, 2, 3]
• MAGA в значении Make America Go Away (Сделай ОГА (С) незаметной / Сделай так, чтобы ОГА (С) исчезла) является стратегией Трампа..